Times we didn’t have

Я сидела на лавочке в центре Таллина и читала. Мимо прошла бабушка со старой белой собакой. Маленькой, толстенькой, пушистой. Собака устала и уселась отдохнуть рядом с лавочкой. Бабушка тоже замедлилась и ждала пока ее спутница наберется сил, не торопила. Мы улыбнулись друг другу. Я снова погрузилась в книгу, а бабушка так и осталась стоять, терпеливо ожидая. Затем они медленно побрели дальше. Когда я встала и повернулась, то увидела, что бабушка и собака присели на лужайку прямо за скамейкой. Их смиренное одиночество старости так и пронзило меня. Острое сожаление за невнимание к этим двум стареньким улиткам валило меня с ног.  Я ни погладила старую собаку, ни сказала бабушке несколько приветливых слов, корила себя за малодушие изо всех сил. А теперь момент упущен. Сейчас им вполне достаточно друг друга. Я кинула свою «спутницу» в рюкзак и пошла на концерт органной музыки, мысленно прощаясь с бабушкой и ее подругой, которых никогда больше не увижу.

То ли звуки органа, то ли готическая стройность, то ли все вместе обострили мою грусть по упущенному моменту. Но оказалось, что сожаление было плодом моей тоски по самой себе — иностранке, смирившейся со своим туристическим одиночеством на лавочке в центре Таллина. Ни бабушка, ни ее собака не нуждались в приветливом слове так сильно, как я. Но у меня не хватило смелости заговорить с ними об этом.

 

The Times we didn't have

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *